Как пояснила замначальника управления кадров Минобороны Тамара Фральцова, решение обусловлено переизбытком офицерских кадров и нехваткой соответствующих должностей в вооруженных силах. По ее словам, сейчас выпуск офицеров превышает количество имеющихся должностей в четыре раза.
Набор курсантов в военные вузы приостановлен в течение текущего и следующего года. Действующие курсанты военных вузов продолжат учебу и после выпуска поступят на службу в ВС.
О намерении Минобороны РФ приостановить подготовку офицеров стало известно в конце июня. Сообщалось, что вместо офицеров с 1 сентября 2010 года они начнут обучать профессиональных сержантов по программе среднего профессионального образования.
Тогда же отмечалось, что большая часть выпускников Военного университета Минобороны РФ в 2010 году получили "свободные дипломы" и были уволены в запас. В то же время по данным Фральцовой, в 2010 году вузы Минобороны РФ закончили 15 тысяч курсантов и все они в итоге получили воинские должности.
Отметим, что по некоторым данным, численность офицерского состава в вооруженных силах РФ сейчас составляет около 355 тысяч человек.
А.Сердюков заручился поддержкой реформы российской армии в США
Вчера завершился официальный визит министра обороны России Анатолия Сердюкова в США. Согласно итоговому заявлению пресс-службы Пентагона, встреча министров обороны Роберта Гейтса и Анатолия Сердюкова открыла возможности для превращения военного сотрудничества двух стран в фундамент двусторонних отношений.
Как отмечает «Коммерсантъ», первый за последние шесть лет визит главы Минобороны РФ в США не принес прорывов, однако завершился на оптимистической ноте. Согласно официальным заявлениям, обсуждение военной реформы и было главным предметом переговоров министров. Министры договорились о возобновлении совместных военных учений, а также о том, что в рамках работы двусторонней рабочей группы Россия и США начнут своеобразный «военный обмен». Уже в ближайшее время три офицера российской армии пройдут курс обучения в одном из американских военных центров в Германии. Про ответный визит американских военнослужащих, правда, ничего не сообщается («У армий России и США нашлась общая реформа»).
Представители Пентагона после встречи даже заговорили о «новом мышлении», которое оба министра пытаются привнести в военную систему, пишет «Время новостей». Анатолий Сердюков заручился поддержкой реформы российской армии в США. Также по программе визита Сердюков подробно познакомился с функционированием американской военной системы, в частности с жизнью военно-морской академии США в Аннаполисе и одной из баз сухопутных сил армии США («Дружить генштабами»).
Помимо совместного заявления о создании российско-американской рабочей группы министры подписали еще один важный документ - меморандум о сотрудничестве, добавляет «Российская газета». Хотя он не является юридическим обязательством, от этого не становится менее весомым. Ведь там идет речь о принципах взаимоотношений между Россией и США в столь чувствительных сферах, как оборона и безопасность. Кроме того, в документе перечислены области, где сотрудничество наших и американских военных может оказаться наиболее эффективным. Здесь и совместные учения, и штабные переговоры, и визиты кораблей, и многое другое. Такой меморандум Россия и США уже имели с 1993 года. Но с тех пор в мире, в России и Америке очень многое изменилось. Поэтому документ надо было не просто корректировать, а фактически переписывать заново («Меморандум Сердюкова»).
Военное образование – в коме
http://nvo.ng.ru/concepts/2010-09-03/2_red.html
От Редакции НВО: Военное образование – в коме
Министерство обороны приносит в жертву свой офицерский корпус
2010-09-03
Разрушение системы военного образования в России дошло до завершающей – практической фазы. Пока люди, взявшиеся за реформирование вузов МО, лишь высказывались о намечаемых преобразованиях, казалось, что их планы еще недостаточно проработаны и только поэтому во многом ошибочны. Теперь же, с началом реализации намерений, стало ясно: на систему подготовки кадров для армии и флота, успешно работавшую годами, беда обрушилась из-за некомпетентных, можно сказать, извращенных представлений реформаторов о военной службе, о качествах, которыми должны обладать офицеры в XXI веке.
«К 2012 году мы должны создать систему военного образования, которая бы полностью соответствовала новому облику Вооруженных сил», – заявила 30 августа начальник Управления военного образования – замначальника Главного управления кадров МО РФ Тамара Фральцова на видеомосте «Москва–Оренбург».
Увы, сама идея «придания Вооруженным силам нового облика», продвигаемая министром обороны Анатолием Сердюковым, воспринимается скептически и в войсках, и в обществе. Хотя вроде бы перспективна: все части приводятся в постоянную готовность, армия должна стать компактной, полностью оснащенной самым современным вооружением и укомплектованной специалистами, способными управлять сложнейшей техникой. Но не верят люди в успех этой затеи, поскольку видят, кто и как пытается ее осуществить.
В марте 2010-го та же Фральцова сообщила: «С этого года... к экзамену для поступления в вузы будут допускаться только юноши, имеющие разряды по тому или иному виду спорта».
На первый взгляд, начинание доброе… А теперь представьте, что некий победитель математических олимпиад, тративший все время на изучение любимого предмета, но не сподобившийся получить спортивный разряд, мечтает о карьере офицера-ракетчика или флотского штурмана. Ему же говорят, что путь в военный вуз закрыт. И это не исключительный поворот событий, который может произойти в судьбах многих молодых людей. Так среди абитуриентов будет непременно срабатывать отбраковка, основанная на примитивных представлениях об офицерах. В духе глуповатой припевки: «А я люблю военных – красивых, здоровенных».
И разом перечеркивается десятилетиями проводившаяся кропотливая работа по привлечению в вузы МО интеллектуально развитой молодежи. И становится преданием «глубокой старины» тот факт, что во многих советских военных училищах конкурсы нередко были выше, чем в ведущих университетах страны. И что даже в трудные для армии 1990-е годы на офицеров все же шли учиться сразу после школы выпускники-медалисты. Потому что в офицерских семьях помнили, в каких военных вузах есть крепкие научные школы, способные дать юноше действительно качественное образование. Да и традиции военных династий горе-реформаторы еще не сумели истребить полностью. Но точно истребят, если при приеме курсантов станет главным принцип: пусть узколоб, зато могуч.
К счастью, в этом году такое правило не вступило в силу. Впрочем, к счастью ли? Ведь оно не стало действующим из-за новшеств еще более удручающих.
Анатолий Сердюков объявил, что численность офицерского корпуса ВС РФ к 2012-му должна сократиться с 355 тыс. человек до 150 тыс. Уточнил, что все пройдет в плановом порядке, за счет «постепенного увольнения офицеров, выслуживших установленные сроки». Однако затем появились сообщения о том, что в нынешнем году вузы выпустят порядка 15 тыс. лейтенантов. А в армии, приводимой к новому облику, имеется в наличии всего-то 2–3 тыс. вакансий на первичных офицерских должностях. Мол, в системе подготовки военных кадров уже дал себя знать кризис перепроизводства. Какая уж тут постепенность в сокращениях?
И пошло-поехало! Вместо нескольких десятков военных вузов спешно приступили к созданию всего десяти военных научно-учебных центров. Что-то объединили, что-то упразднили, что-то перепрофилировали для подготовки сержантов по программе среднего профессионального образования. И как апогей всех этих преобразований – объявление: на 2010–2011 годы прием курсантов и слушателей в военные вузы вообще отменен.
Ну а как быть с теми новоиспеченными лейтенантами, которых, как выяснилось, подготовили с большим переизбытком?
Перед самым началом нового учебного года Тамара Фральцова объявила: «Более 15 тысяч выпускников военно-учебных заведений Минобороны РФ получили в этом году военные должности. Все те, кто захотел служить в Вооруженных силах...» За бойким рапортом, как оказалось, кроется вот что. Большинству военных специалистов с высшим образованием предложили должности сержантов и солдат-контрактников. А дальше – ждите, когда освободится вакансия на первичной офицерской должности. Никаких гарантий по срокам ожидания никто лейтенантам не давал.
В результате большая часть выпускников Военного университета МО РФ в 2010 году получили «свободные дипломы» и сразу были уволены в запас. На Тихоокеанском флоте из 600 прибывших на службу лейтенантов офицерские должности получили чуть больше 100 человек. В Воронеже на «первички» опредилили только тех выпускников авиационного вуза, кто окончил его с медалью или дипломом с отличием. И так повсюду. А лейтенанты, получавшие «завидное предложение» побыть на положении сержантов, в основном отказывались, уходили на гражданку. Затраченные государством на подготовку высококлассного военного профессионала 3–6 млн. руб. оказывались пущенными на ветер.
И вот на фоне столь удручающих событий заместитель начальника ГУКа Тамара Фральцова бодро утверждает, что ведомство продолжает поиск путей «для оптимальной подготовки будущих офицеров». Причем не устает предлагать новые меры «оптимизации» системы военного образования. Скажем, для того чтобы молодой человек осознанно выбирал профессию военного, перейти к набору первокурсников после прохождения ими службы в ВС. Или внедрить рейтинговую систему, чтобы среди 15 тыс. курсантов возникло соревнование и только первые 4–5 тыс. лучших выпускников получали гарантированное распределение на офицерские должности. Продолжить практику отчисления курсантов за одну двойку, полученную во время сессии. «Мы считаем это решение юридически правильным», – подчеркнула Фральцова.
Юридически?! Да тут кругом правовые нарушения. Гражданам 1992–1994 года рождения фактически запретили выбирать военную профессию. Тех, кого хотят заставить отслужить сначала солдатом, прежде чем пойти учиться на офицера, жестко ограничили в праве сразу поступать в выбранный вуз. Курсантов, получивших единственную двойку в сессию, лишили права на исправление ошибки – пересдачу экзамена. А по отношению к выпускникам, проигравшим рейтинговое соревнование, нарушили условия заключенных с ними контрактов, которые гарантируют направление в войска на должность, соответствующую полученному образованию.
В общем, любые средства считают в Минобороны подходящими для заявленного снижения общей численности армии до одного миллиона человек к 2011 году. И в первую очередь жертвуют молодыми офицерами.
ВДВ в опасности!
Вопрос Президенту России: Быть или не быть ВДВ?
ЕСЛИ НЕ ОНИ, ТО КТО?
http://www.segodnia.ru/index.php?spos=1&spor=1&rst=0&srch=&srchtp=0&pgid...
80-летний юбилей Воздушно-десантных войск проигнорирован Президентом и Министром Обороны. Они не пожелали встретиться с десантниками и даже не прислали обычное в таких случаях дежурное приветствие участникам юбилейного концерта в Кремлевском дворце, где 31 июля с.г. присутствовало около 5000 человек, в том числе 28 Героев России, защитивших в свое время Отечество от распада (в чеченских кампаниях) и от унижения (в операции по принуждению грузинского президента к миру).
Юбилей каждого уважаемого, заслуженного артиста России удостаивается большего внимания, чем юбилей тридцатитысячного рода войск, заслужившего уважение народа России. Оказывается, есть причина такой «забывчивости» - слухи о реформировании, а фактическом расформировании и переподчинении ВДВ, подтверждаются и конкретизируются. Это обстоятельство объясняет многое.
Верховного Главнокомандующего ВС РФ Д.А. Медведева, наконец-то, избавляют от Воздушно-десантных войск и вместе с этим избавляют от ответственности за применение его оперативно-стратегического резерва вследствие отсутствия такового. При этом у инициаторов этого «избавления» еще и появляется шанс убедить руководство страны в полезности военной реформы в исполнении начальника Генерального штаба Н. Макарова.
Действительно, у вновь создаваемых стратегических командований «вдруг, откуда ни возьмись» появляются боеспособные группировки войск, которыми можно и противнику грозить, и старшему воинскому начальнику демонстрировать хотя бы на то короткое время, пока десантные соединения не опустятся до уровня общей стратегической импотенции.
Мы понимали объективность военной реформы и изначально поддерживали её замысел. Ликвидация излишних управленческих звеньев и оптимизация всей структуры управления при понижении порога тактической самостоятельности подразделений были неизбежны. Однако, от замысла до исполнения дистанция огромного размера. До сего времени г-н Н. Макаров не мог предъявить ни одного видимого положительного результата из целей, заявленных вначале реформы ВС РФ, в том числе:
вопреки ожиданиям снизилась эффективность и оперативность управления соединениями, частями и подразделениями. Причинами этого являются очень низкая оперативная и техническая подготовка, а также и неслаженность органов управления сверху донизу. Да и откуда сим слагаемым взяться, если эти органы управления перетряхивают ежегодно в течение последних трех лет. При этом количество иерархических инстанций отнюдь не сократилось, как об этом заявлено господином Н. Макаровым, а в случае с воздушно-десантными соединениями существенно возрастает, размывая ответственность за конечный результат;
из всех вновь сформированных бригад постоянной готовности не найдется ни одной по-настоящему подготовленной и боеспособной. Главная причина этого – крайне слабая подготовка личного состава большинства подразделений. Министерство обороны оказалось неподготовленным к переходу на год службы солдат по призыву: отсутствуют соответствующие методики и программы боевой подготовки и современная учебно-материальная база, нет внутренних нормативно-правовых организационных и регламентирующих документов, адекватных новым реалиям и условиям службы;
в ВС РФ нет ни одной профессионально укомплектованной воинской части. Планы контрактной службы провалилась из-за неготовности, неумения и нежелания руководства ГОМУ ГШ, ГУВР, ГУК организовать подготовку и набор граждан на контрактную службу (Смирнов В.В. и Панков Н.А.), обеспечить нормальную боевую подготовку, а также службу войск в гарнизонах и частях (Н. Макаров). Экономические соображения тут не причем – в стране достаточно средств и граждан, желающих за те же деньги служить Отечеству, только в нормальных правовых и бытовых условиях;
не появилось и в ближайшее время не ожидается, заявленного министром обороны, эффективного института младших командиров. Разрушенная система подготовки военных кадров в Министерстве Обороны никак не хочет восстанавливаться «по щучьему велению» Н. Макарова и Н. Панкова. При этом в Министерстве Обороны никто не занимается организацией допризывной подготовки в гражданских вузах студентов, то есть тех же призывников – потенциальных младших командиров, только возмужавших за время учебы и профессионально подготовленных по профильным военно-учетным специальностям;
казарменное хулиганство и дедовщина стали еще изощреннее и злее. Контрактники и срочники разных призывов оказываются в одном подразделении, зачастую, в одной казарме. К «неуставным» прибавились межнациональные конфликты в воинских частях. Офицеров-воспитателей, функции которых заключались в формировании здорового морально-психологического климата в казарме, сократили первыми. При отсутствии плановой боевой подготовки в подразделении неизбежно и отсутствие критериев объективной оценки места, роли солдат и сержантов в коллективе, готовности этого коллектива и его членов к защите Отечества. Вот тогда основным критерием оценки и самооценки становится срок службы со всеми вытекающими последствиями;
не удалось восстановить систему военно-патриотического воспитания молодёжи и её подготовки к военной службе, в т.ч. по военно-учетным специальностям. ГОМУ ГШ не были (при переходе к годичному сроку службы) разработаны и объявлены образовательные нормативы и стандарты призывника по ВУС. Эти стандарты не известны и сегодня. Соответственно, отсутствует правовая база лицензирования учреждений дополнительного образования, осуществляющих допризывную подготовку (за это отвечает В. В. Смирнов). Заявленное создание межведомственной комиссии (ответственный А. Сердюков) 22 апреля 2009г. на заседании Госсовета в г. Рязани и в поручениях Президента так и осталось поручением – ни одного заседания комиссии, как таковой, не проведено и ни одного нормативного документа непосредственно из-под пера этой комиссии не появилось. Плод бесплодных усилий, отнюдь не Министерства Обороны и не межведомственной комиссии, а неуполномоченного на то Центрального совета ДОСААФ России – «Концепция федеральной системы подготовки граждан Российской Федерации к военной службе на период до 2020 года» (распоряжение Правительства №134Р от 03.02.2010г.) – не по чину согласованная с незаинтересованными федеральными министерствами, не создает организационных и финансовых механизмов для этой работы.
Положение с подготовкой граждан к военной службе продолжает ухудшаться, так как подобные заявления и документы, плодя безответственность и упование на центр, только расхолаживают чиновный люд на местах.
В Российских Вооруженных Силах в резерве Верховного Главнокомандующего до сего времени оставалась группировка (род войск) - Воздушно-десантные войска, которые сохраняли боеготовность и боеспособность, достаточную для быстрого реагирования на локальные, внезапно возникающие угрозы национальной безопасности. И мы надеялись, что Воздушно-десантные войска будут оставаться в руках военно-политического руководства страны тем инструментом, который позволил бы адекватно и оперативно реагировать на эти вызовы до появления положительных результатов и анализа недостатков военной реформы. Повторюсь, что стратегия и замысел реформы нами всегда поддерживались, так как они соответствует современным реалиям, вызовам и угрозам, но исполняется крайне неумело и безответственно. Соединения и части ВДВ, благодаря решениям Президента и Министра Обороны, заявленным в 2007 и 2008гг. в меньшей мере, чем другие виды и рода войск были затронуты разрушающими мероприятиями буксующей военной реформы. Но видимо именно это обстоятельство служит живым укором авторам и исполнителям создания «нового облика Вооруженных Сил» и они решают исправить такое положение. Подготовлена Директива, согласно которой Командование ВДВ становится подразделением Главного Командования Сухопутных войск (органа административного управления, не обладающего оперативными функциями), а соединения и части ВДВ фактически выводятся из резерва и непосредственного подчинения Верховного Главнокомандующего (Генерального штаба) ВС РФ и передаются в оперативное подчинение Командованиям стратегических направлений «Север», «Запад», «Юг», «Восток».
От такой «рокировки» Россия получает следующие результаты.
1.Военные. ВС РФ лишаются высокомобильной, боеготовой, оперативной группировки войск, способной самостоятельно, при поддержке ВВС, решать внезапно возникающие оперативные задачи в локальных конфликтах за пределами Российской Федерации, либо на удаленных изолированных территориях, где собственно сегодня (и в ближайшем будущем) богатеет Российское государство, его чиновники и олигархи. Верховный Главнокомандующий и Генеральный Штаб теряют возможность усиливать и закрывать опасные направления своим оперативно-стратегическим резервом. Утверждение, что стратегические командования будут способны самостоятельно решать эти задачи при наличии в их составе отдельных соединений ВДВ и армейской авиации (в будущем предусматривается формирование мощных вертолетных соединений) спорно и безосновательно. Во-первых, пока нет и неизвестно, когда будут сформированы мощные вертолетные соединения, способные перебросить и поддержать боевые действия оперативного десанта, хотя бы в составе одной бригады или воздушно-десантной дивизии.
Во-вторых, у стратегических командований нет мобильных средств и штатных командных пунктов, подготовленных к переброске и развертыванию в районах применения десанта за пределами РФ или на удаленных изолированных территориях для управления действиями частей и подразделений десанта.
В-третьих, у стратегических командований нет средств и органов для подачи запасов (боеприпасов, продовольствия, ГСМ), необходимых десанту для ведения боевых действий за пределами РФ или в удаленных и изолированных районах.
В-четвертых, сегодня нет ни знаний, ни опыта (и не скоро будут) планирования, переброски, управления и обеспечения боевых действий оперативных десантов – а это цельный и самодостаточный раздел военного искусства.
В-пятых, если появится в обозримом будущем достаточное количество транспортных и боевых вертолетов, то почему бы стратегическому командованию одну-две бригады постоянной готовности не готовить к применению в качестве вертолетного оперативного или тактического десанта, исходя из конкретных условий, оценки развития обстановки и потенциальных угроз на том или ином ТВД.
2. Военно-политические. Для кого и для чего Советом Безопасности РФ созданы и Президентом в 2010г. подписаны Концепция национальной безопасности и Военная Доктрина Российской Федерации? Ст.11 Концепции: «Внимание международной политики на долгосрочную перспективу будет сосредоточено на обладании источниками энергоресурсов, в том числе на Ближнем Востоке, на шельфе Баренцева моря и в других районах Арктики, в бассейне Каспийского моря и в Центральной Азии. Негативное воздействие на международную обстановку в среднесрочной перспективе будут по-прежнему оказывать ситуация в Ираке и Афганистане, конфликты на Ближнем и Среднем Востоке, в ряде стран Южной Азии и Африки, на Корейском полуострове».
И далее ст.12 «В условиях конкурентной борьбы за ресурсы не исключены решения возникающих проблем с применением военной силы - может быть нарушен сложившийся баланс сил вблизи границ Российской Федерации и границ ее союзников» .
При этом Военная Доктрина требует от Генерального штаба «выбирать оптимальные направления строительства и развития Вооруженных Сил и других войск, формы и способы их применения, исходя из прогнозов развития военно-политической обстановки, военных опасностей и военных угроз…». А далее Доктриной определено, что «…формирования ВС РФ могут оперативно использоваться за пределами Российской Федерации в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации и федеральным законодательством».
Зная состояние частей и соединений постоянной готовности, хочется попросить Н. Макарова: какими силами и средствами, какими оперативными формированиями предусматривается сегодня реагировать на эти угрозы и вызовы? Или не предусматривается вовсе? Тогда зачем и для кого Российским Президентом утверждаются «Концепции» и «Доктрины»?
3. Геостратегические. Если нет пророков в своем Отечестве, так присмотритесь, господа, как строятся Вооруженные Силы у наших партнеров. Через военные реформы в последние 20 лет прошли армии большинства стран НАТО, США. Китая, постсоветских республик. Везде наблюдается формирование мобильного компонента – непосредственно подчиненного военно-политическому руководству самостоятельной оперативной группировки, усиление её роли и веса в общей структуре Вооруженных Сил.
Нынешний (Обамовский) оборонный бюджет США ясно дает понять, что военное будущее Америки лежит в "экспедиционных боевых операциях". Части американского корпуса морской пехоты (175 тыс. чел.), дислоцированные на заморских базах и судах, готовы в любой момент принять в них участие. Для операций на Ближнем и Среднем Востоке Пентагон содержит 18-й воздушно-десантный корпус, в который входит четыре дивизии, три бригады, отд. полк и части обеспечения. Его общая численность 90 тыс. чел. Эти объединения войск обладают административной и оперативной самостоятельностью.
В НАТО сформированы силы быстрого реагирования численностью 25 тыс. чел. Цель нового оперативного объединения, подчиненного непосредственно главнокомандующему войсками НАТО, по словам генсека НАТО: «Успокоить страны, которые испытывают нарастающие опасения по поводу России».
Однако, у нашего Генерального штаба, как всегда в России, свой особый путь – показать всему миру пример того, как нельзя проводить реформы.
Россия сегодня теряет своё национальное достояние – боеготовые и уникальные по своей стратегической и тактической мобильности войска, каких не имела, и еще долго не будет иметь, ни одна армия мира. Кроме Воздушно-десантных войск для реагирования на удаленные локальные вызовы у России нет другого военного инструмента
Полтора десятилетия назад (Россия тогда переживала «смутное время»), играя в «шахматную Евразию» Збигнев Бжезинский писал, что "не располагая возможностями по переброске войск на большие расстояния для навязывания своей политической воли и сильно отставая в технологическом отношении от Америки, Россия и Китай не имеют средств, чтобы постоянно оказывать политическое влияние в мире...".
Сегодня Китай уже имеет такую возможность, и России пора её восстановить, в том числе наращиванием группировки ВТА. Напомню о том, что всего лишь сутки понадобились двум соединениям ВДВ в 1968 году, чтобы десантироваться и занять намеченные объекты в гг. Прага и Брно.
В 1979г. 103 гв. вдд и 345 гв. пдп за сутки заняли все правительственные и административные учреждения в столице Афганистана г. Кабул и обеспечили плановый ввод войск в эту страну.
Не вникая в политический смысл, в военно-техническом и оперативном отношении это были блестящие военные операции.
Ни 18 ВДК, ни КМП США не могут похвастать чем-либо подобным. Весьма оперативно, решительно и эффективно действовали части ВДВ, защищая целостность и интересы России при локализации всех вооруженных конфликтов на протяжении последних двух десятилетий.
Бесспорно, что при всех прочих равных условиях десантные соединения и части на порядок мобильнее других как при перебросках на театры военных действий, так и на поле боя, их тактические приемы и способы более современны и в наибольшей мере отвечают условиям локальных конфликтов. Эти преимущества будут неизбежно утрачены, если проекты начальника ГШ ВС РФ будут реализованы.
4. Общественно-политические. Десантники, ветераны ВДВ, общественные организации ветеранов ВДВ всегда были и есть лояльны к государственной власти, полагая себя частью государства, его защитниками.
В Уставе «Союза десантников России» записано положение о запрете на вступление «Союза» в политические партии и о невозможности приема в «Союз» организаций преследующих политические цели при сводном выборе партий физическими лицами – членами «Союза». Это позволило «Союзу десантников России» сохранить единство, корпоративную сплоченность и стать по-настоящему массовой и дееспособной всероссийской организацией, могущей защищать своих членов и отстаивать интересы своей корпорации.
Однако следует учитывать, что практическое воплощение решения о расформировании Воздушно-десантных войск и передаче их соединений и частей в подчинение сухопутных начальников вызовет отрицательную реакцию, не только 30 000 военнослужащих ВДВ и тридцатитысячной армии членов «Союза десантников России», но и всей двухмиллионной аудитории дееспособных мужчин в возрасте от 20 до 50-60 лет, когда либо служивших в ВДВ. Этот протест уже материализуется в интернете.
Некоторые воспринимают эту «раздачу», как признак попытки «слить Россию», понимая её беззащитность перед лицом «воинствующих Саакашвилей». Следует ожидать существенный рост рядов «Союза десантников России» и сплоченности десантных организаций при резком и устойчивом всплеске оппозиционных настроений по отношению к властным государственным и военным органам: Президенту, Правительству, Министерству Обороны. А им это надо…?
5. Морально-психологические. Передача разрозненных соединений и частей ВДВ в подчинение нескольким, безусловно ответственным и самодостаточным начальникам, объективно разрушит десятилетиями складывающуюся и доказавшую высочайшую эффективность систему воспитания и подготовки личного состава этих войск. Этот фактор вообще никогда не учитывался Генеральным Штабом.
Но, эта объективная реальность, данная Генеральному Штабу в ощущениях, не вечна. Если с военно-технической и оперативной точек зрения еще можно найти спорные и безосновательные аргументы в пользу «раздачи» соединений и частей ВДВ разным командованиям, то аргументы такой «раздачи» теряют всякий смысл при учете ущерба морально-психологическому состоянию и боеспособности личного состава парашютно-десантных частей и подразделений. Именно благодаря этому фактору, Россия имеет возможность гордиться победами и достижениями своей армией.
Науке известно, что человек использует возможности своего мозга только на 3-4%, остальные его нервные клетки «спят». Ученые утверждают, что самый большой подарок своему ребенку родители могут сделать, если сумеют его сознанию, его мозгу придать уверенность: «Я могу…!». В таком состоянии у ребенка (у взрослого тоже, но меньше) включаются в работу еще какая-то дополнительная часть его нервных клеток, увеличивая интеллектуальные, волевые и физические возможности.
В Воздушно-десантных войсках РФ еще со времен СССР во многом благодаря интуиции В.Ф. Маргелова, сложился и прижился уникальный метод появления в мозгах молодых офицеров и молодых солдат (фактически тех же детей – пацанов со школьной скамьи) этого самого осознания «Я могу…!!!». Этот метод, ставший системой, передается в традициях войск, в программах «боевой и политической подготовки», через выпускников Рязанского Воздушно-десантного училища, через преодоление страха парашютных прыжков, через корпоративную сплоченность и ответственность не только за себя, но и «за десант», через символы десантных соединений, через девиз «Никто, кроме нас!» и через многое-многое другое, порой не поддающееся объяснению: атмосферу десантного комплекса, полигона, класса, казармы. Пусть это осознание дается не каждому десантнику, но даже четверть личного состава подразделения с такой установкой ведет за собой остальных. Последние десятилетия явили тому немало наглядных примеров: Афганистан, Чечня, Югославия, Грузия – вот далеко неполный перечень горячих военных конфликтов, в которых десантники меньшим числом вынесли основную тяжесть наиболее острых и ответственных операций и боев. Только за последнее десятилетие, уже после вывода из Афганистана, более 100 из них стали Героями Российской Федерации (50% посмертно). Эта система подготовки и воспитания объективно разрушится. Её невозможно сохранить без Командования ВДВ, без своего училища, без кадрового и организационно-мобилизационного органов, без системы воспитания, без традиций боевой и воздушно-десантной подготовки, без традиций десантного братства военнослужащих и ветеранов.
Напомню слова спартанского царя Леонида (предводителя 300 спартанцев), сказанные одному из македонских царей перед битвой с персами при Фермопилах: «…у меня воины, а у тебя пастухи – тебе не выстоять» (речь о 300 воинах и 10000 войске). Так и с десантными соединениями через год-два после реализации этой директивы: воины, стоящие в бою стотысячной армии, неизбежно превратятся в 30000 «пастухов». Объективно всё идет к тому.
Сегодня Рязанское Воздушно-десантное училище уже не подчинено Командованию ВДВ. Оно стало десантным факультетом в составе некоего аморфного учебного центра Сухопутных войск (Общевойсковой Академии).
Командование ВДВ отстранено от допризывной подготовки молодёжи и от призыва в ВДВ – это теперь функция ОМУ военных округов.
Неформально «Союзу десантников России» с трудом удается согласовывать, чтобы выпускников молодёжных клубов десантного профиля, подготовленных и желающих служить в ВДВ, призвали в эти войска. Теперь же оперативной и боевой подготовкой десантников займутся те, кто довёл свои соединения и части до «ограниченно-боеготового» состояния.
Первый и второй шаги до «Я не могу…!» уже сделаны согласно директив Генерального Штаба, которые для командования Воздушно-десантными войсками имеют силу закона. Пойдём дальше или остановимся?
Еще не поздно сделать и шаг назад. Нужна лишь воля военно-политического руководства страны.
Не только расформирование, но и ослабление ВДВ ослабляет Россию, лишает её возможности «навязывать другим свою политическую волю» и защищать свои национальные интересы.
ВДВ должны содержаться в постоянной готовности именно как резерв Верховного Главнокомандующего, в его непосредственном подчинении при минимуме иерархических инстанций, передающих его указы и приказы, как мобильная многофункциональная оперативная группировка войск под единым командованием, обладающим административными (формирование, содержание и подготовка войск), так и оперативными (планирование, боевое применение и управление войсками в ходе операции) функциями.
Надеемся, что есть еще время остановиться и подвергнуть серьёзному анализу все факторы военной реформы с участием ВДВ, в том числе и вышеизложенные.
Павел Поповских – председатель Центрального совета «Союза десантников России», начальник разведки ВДВ 1990-1997г.г.
не только ВДВ, а страна тоже
при том, что все укрепляются, Россия самые боеспособные войска уничтожает.
и природный газ продает Европе, у которой есть своя официальная и сильная валюта евро - за доллары. абсурд!
Путин потребовал от Сердюкова написать рапорт об отставке
http://echo.msk.ru/news/719930-echo.html
Владимир Путин потребовал от министра обороны Анатолия Сердюкова написать рапорт об отставке. Об этом сообщает газета «Аргументы Недели». По данным издания, причиной недовольства премьера стал громкий скандал, который разгорелся после визита Анатолия Сердюкова в Рязанское училище. Там глава Минобороны будто бы публично обматерил начальника Центра и потребовал снести построенный на территории воинской части храм. Как пишет газета, Путин в жесткой манере, на «ты», порекомендовал Сердюкову помириться с десантниками и написать заявление об отставке с 1 декабря. Правда, в связи «с переходом на другую работу».
Бывший начальник разведки ВДВ полковник Павел Поповских рассказал «Аргументам недели», что, несмотря на все ранее достигнутые договоренности и требование премьера, министр обороны встречаться с десантниками не пожелал. По словам высокопоставленного военного источника, место министра обороны может занять нынешний начальник Генерального штаба генерал-полковник Николай Макаров.
Зачем табуретки ломать?
"И на развалинах часовни..."
Для созидания новых Вооруженных сил требуется не бульдозерный стиль руководства, а компетентность и доверие
2010-10-19 / Виктор Алексеевич Мясников - обозреватель "Независимой газеты".
Минобороны по-прежнему остается закрытым и лишенным реального гражданского контроля ведомством.
Но нелицеприятная информация все равно утекает из всех щелей.
Да что щели, целая пробоина образовалась – блогосфера, где народ и армия оказываются едины.
Последнее армейское событие, встряхнувшее Интернет, случилось 30 сентября. Министр обороны Анатолий Сердюков посетил учебный центр «Сельцы» Рязанского филиала Общевойсковой академии ВС РФ – это бывшее Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище им. Маргелова. Облетев на вертолете подведомственные владения, глава Минобороны РФ узрел инородное строение – деревянную церковь. И впал в неистовый гнев.
Спустившись на грешную землю, гражданский министр обороны обратился с нецензурной речью к начальнику филиала полковнику Андрею Красову и распорядился храм, бывшее десантное училище и его начальника сократить в короткие сроки. А если называть вещи своими именами, Анатолий Сердюков отматерил Героя России полковника Красова, унизил перед подчиненными. И, как описывают эту позорную сцену свидетели в своих интернет-дневниках, кричал: «Денег на этот центр ВДВ не давать! Это училище вообще надо сократить! Полковника этого наглого снять – и в войска!» А церковь велел снести как символ коррупционной растраты средств, отпущенных на другие цели.
В отличие от гражданских министерств в военном ведомстве любое начальственное слово, в том числе матом изреченное, есть приказ. Тем более что адресованы эти слова были заместителю Анатолия Сердюкова – начальнику службы расквартирования и обустройства Григорию Нагинскому. Тот хоть и гражданский чиновник, но тоже начальник для всех армейских полковников и генералов. Так что энергия матерных слов уже перешла в энергию дела.
Военные бросились доказывать, что храм во имя небесного покровителя десантников Ильи Пророка построен целиком на средства спонсоров – бывших десантников с добавлением епархиальных пожертвований. Что это единственная церковь на всю округу для тысяч воинов и их семей. Что в учебном центре в 2011 году начнется подготовка военных священников. Что это духовная опора и место поминовения…
Конфликт с уничтожением церкви, по некоторым данным, уже исчерпан и потушен. Храм Ильи Пророка пощадили и милостиво оставили на месте. Обращаться к Патриарху и раздувать скандал вроде бы оснований нет. И сама ситуация вроде бы уже не выглядит такой дикой.
Но на самом деле деревянное культовое здание в скандале роль играет мизерную, как фитиль в фугасной бомбе. Ну, выдернули запальный шнур, демонстративно затоптали для всеобщего успокоения. А бомба под одним из главных символов ВДВ – Рязанским училищем, теперь уже бывшим, осталась. И настоящий подрывной механизм тикает. Скоро рванет, и останется пустое место от учебного заведения, давшего Родине более ста Героев России и Советского Союза.
Союз десантников России и Международный союз десантников, объединяющие порядка 35 тысяч ветеранов ВДВ, подготовили обращение к президенту, Федеральному собранию, Патриарху и всему народу о «вопиющем случае неуставных отношений», о четвертом по счету воинском храме, который приказал снести министр Сердюков, и об «изощренном гонении» на ВДВ.
В обращении приведены факты, подтверждающие целенаправленный характер гонений. Рязанское училище оторвали от Воздушно-десантных войск, командовать им поручили постороннему лицу, чтобы искоренить сам дух «крылатой гвардии». Штаб ВДВ выселяется за 300 км от Москвы. Из структуры войск исключены важнейшие компоненты, позволяющие им самостоятельно действовать в отдаленных районах. Прекращена допризывная парашютная подготовка в аэроклубах. Уничтожается Музей ВДВ.
Откуда же возникла столь лютая неприязнь министра к десантникам? В самих войсках считают, что из-за сопротивления реформам по-сердюковски. Командующий Воздушно-десантными войсками генерал-лейтенант Владимир Шаманов не позволил сократить дивизии и переформатировать ВДВ в исключительно бригадную структуру. Да еще добился решения увеличить численность войск на две десантно-штурмовые бригады.
Оба эти решения – удар под дых планам реформирования Минобороны. Ведь не произошло сокращения офицерского состава дивизионного и полкового звена ВДВ. Да этот состав еще и увеличивается за счет новых бригад. А значит, для поддержания количественных показателей приходится распогонивать офицеров там, где не хотелось. И вообще независимость генерала Шаманова – дурной и заразительный пример для других.
Поэтому Владимира Шаманова не было в учебном центре ВДВ во время визита туда министра Сердюкова. Говорят, что ему просто запретили там появляться. Вполне может быть и так, если вспышка начальственного гнева планировалась заранее.
Авторитета у министра обороны в армии нет, он и сам это прекрасно знает. И совершенно не волнуется по столь мелкому поводу – соответствующая моральная закалка получена еще на посту начальника налогового ведомства. Да и раньше, когда стоял во главе мебельного бизнеса в Петербурге, тоже небось с подчиненными не церемонился и в любви их не нуждался.
Потому и был поставлен начальником над военными, чтобы твердой рукой без сантиментов и дружеских поблажек в короткие сроки сломать старую структуру Минобороны, путем урезания удешевить офицерский корпус и навести экономию с попутным извлечением прибыли за счет избавления от лишней недвижимости и всяких ресурсов, включая человеческие.
Ломка и переформатирование прошли достаточно успешно. Теперь настал период созидания на руинах армии и флота новых боеспособных и эффективных Вооруженных сил РФ. Но здесь уже требуется отнюдь не бульдозерный стиль руководства, а профессиональное понимание стоящих перед ведомством задач. Иначе вместо политической воли будет одно только некомпетентное самодурство.
Возможно, Анатолий Сердюков войдет в историю как самый решительный министр обороны, сумевший в кратчайшие сроки реформировать чрезвычайно консервативную армейскую систему.
Но, как говорится, Александр Македонский – великий полководец, а табуретки, то есть храмы, зачем ломать-то?
Дедовщина по-министерски
Для создания новых вооруженных сил требуется не бульдозерный стиль руководства, а компетентность и доверие
2010-10-22
Сентябрьский инцидент в учебном центре «Сельцы» Рязанского высшего командного училища ВДВ имени генерала Маргелова, а сейчас филиала Общевойсковой академии с визитом туда министра обороны Анатолия Сердюкова и разносом, который он устроил командиру учебного заведения Герою России полковнику Андрею Красову по поводу построенного там деревянного храма Ильи-пророка, небесного покровителя «голубых беретов», вызвал большой шум в блогосфере. Цитировать все то, что писала об этом случае интернетовская аудитория, нет никакой возможности. Не только по причине содержащихся там непечатных фраз, граничащих с прямыми оскорблениями, но и по другим морально-нравственным основаниям. Хотя, как отмечали очевидцы, в адрес заслуженного офицера в присутствии его подчиненных из уст министра несся мат-перемат и другая унизительная брань.
Многие печатные органы, в том числе и наша газета, долго воздерживались от комментариев по этому поводу. С одной стороны, потому, что никакой официальной информации об этом не появилось. А с другой – надеялись на то, что эмоциональный диалог между руководителем военного ведомства и начальником вуза получит цивилизованное разрешение. Мало ли что могут наговорить друг другу в присутствии подчиненных два разгоряченных начальника. Остынут и по-мужски найдут устраивающий всех нормальный выход – извинятся и пожмут руки в знак примирения. Но, увы, как оказалось, этого не случилось.
Конфликт дошел до того, что инцидент в «Сельцах» стал приобретать политическую окраску. Председатель «Союза десантников России», полный кавалер орденов «За службу Родине в ВС СССР» генерал-полковник Владислав Ачалов и председатель Международного союза десантников, Герой Советского Союза генерал-лейтенант Альберт Слюсарь от имени своих 35 тысяч членов союза в 64 регионах страны обратились к народу, президенту России, Федеральному собранию и Патриарху с просьбой расследовать факт «вопиющего случая неуставных отношений», защитить Героя России и Воздушно-десантные войска. И только после того как некоторые московские газеты и среди них «НГ» рассказали об этом, появилась бурная официальная реакция военного ведомства и руководства Воздушно-десантных войск. С опровержением этих публикаций выступил сам командующий ВДВ Герой России генерал-лейтенант Владимир Шаманов.
«Сердюков высказал сомнение в целесообразности строительства храма напротив корпуса воздушно-десантной подготовки, учитывая, что курсанты кратковременно находятся на территории учебного центра, а ближайший населенный пункт находится на значительном отдалении», – цитируют Шаманова информационные агентства. «Одна из высказанных министром идей – перенос храма, чтобы он функционировал и был под контролем прихожан в одном из близлежащих населенных пунктов, все остальное – небылицы», – убежден генерал. Командующий говорит, что понимает обеспокоенность ветеранов ВДВ, которые выпустили обращение с обвинениями в адрес Сердюкова. Однако, по его словам, у него, как у командующего, поводов для беспокойства о судьбе ВДВ нет.
Высказался по ситуации месячной давности в Сельцах для информационных агентств и второй участник сентябрьских событий – полковник Андрей Красов. По его словам, во время визита в учебный центр министр действительно сделал ряд замечаний. «В частности, Сердюков выразил неудовольствие по поводу незавершенного ремонта столовой и инженерных сетей». «Разговор проходил очень эмоционально как со стороны Красова, – говорит полковник о себе в третьем лице, – так и со стороны Сердюкова». «Однако это было деловое общение, – подчеркнул командир. – Рязанское училище уже приступило к устранению недостатков, выявленных во время визита военного министра».
Можно заметить в словах командующего ВДВ и начальника училища ВДВ небольшое расхождение по поводу причин острого разговора, который произошел в Сельцах. Да и бросается в глаза то, что ни тот, ни другой не вспоминают ни о мате из уст министра, ни об оскорблениях офицера, о чем писали в обращении к президенту ветераны Воздушно-десантных войск. Если это «небылицы», как говорит генерал Шаманов, или просто «деловое общение», как утверждает полковник Красов, то за борьбу с дедовщиной и неуставными отношениями в вооруженных силах уже беспокоиться не стоит.
Свои комментарии сентябрьским событиям дал и глава синодального Отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоиерей Дмитрий Смирнов. Он призвал к спокойному разрешению конфликта.
«Мы все русские люди, горячие, рубим с плеча, – сказал священник порталу «Интерфакс-религия». – Нужно занять спокойную, конструктивную, выдержанную позицию, которая принесет пользу».
Видимо, такую «спокойную» позицию и заняло руководство ВДВ. Ссориться с Анатолием Сердюковым десантникам, по-видимому, действительно ни к чему. Мало ли что случится. Возьмет и обоснует перед руководством страны бессмысленность наличия в армии Воздушно-десантных войск. И никто не посмотрит на то, что это элита вооруженных сил, самые прославленные, боеспособные и эффективные части во всей Российской армии.
Сколько таких прославленных и боеспособных канули в Лету за время бесконечных военных реформ. Вот и проявили «голубые береты» в отличие от руководства Минобороны настоящую политическую, командирскую и житейскую мудрость – отошли на заранее согласованные и подготовленные позиции. Постарались приглушить скандал. Жизнь на нынешнем министре обороны не кончается – сколько их было, министров, в последние 20 лет, а ВДВ жили, живут и будут жить.
Есть задачи, которые в стране никто не выполнит, кроме них.
А это самое главное.
http://nvo.ng.ru/concepts/2010-10-22/2_red.html
Министерский синдром
Размышление о том, как был обескуражен Анатолий Сердюков
2010-10-18 / Антигон
http://www.ng.ru/titus/2010-10-18/1_filantropia.html
Скажу без преувеличения, хотя неугомонные лжеклеветники круглосуточно облучают мой мозг невидимыми лучами, я берегу свое душевное здоровье. Поэтому когда мне предлагают губернаторскую или министерскую должность, то неизменно отказываюсь. Не хочу нахвататься навязчивых идей и ощущений.
Вот один мой приятель не отказался от губернаторской должности, и ему повсюду стали мерещиться дождевые червяки.
Галлюцинации были такой силы, что одного червяка даже удалось сфотографировать. А теперь беднягу, говорят, сразила другая напасть – стал бояться увольнения по слабоумию. Я когда-то тоже боялся увольнения по слабоумию, но потом ведущие эксперты «НГ» Алкей и Тиртей объяснили мне, что слабоумие – это не всегда повод для увольнения, иногда это признак служебного соответствия.
Зато министр обороны Анатолий Сердюков – редкое исключение, можно сказать, эталон душевного благополучия. Но и его посещают навязчивые ощущения. Когда четыре года назад он пришел в Министерство обороны, признался Сердюков, то был, откровенно говоря, обескуражен объемом воровства, и это ощущение не прошло до сих пор.
Алкей и Тиртей объяснили мне, что налицо классический случай «министерского синдрома». Но четыре года – это очень небольшой срок, чтобы делать какие-то выводы. Кураж к Сердюкову обязательно вернется, если он будет проще и снисходительнее смотреть на вещи, больше отдыхать, не отказывать себе в маленьких, простительных удовольствиях, полагающихся министру.
Очень важно как можно лучше думать о людях в форме, особенно о подчиненных, а для этого больше смотреть развлекательных и новостных передач на российском телевидении. Эти передачи настраивают на светлый оптимистический лад и оказывают сильное психотерапевтическое действие.
И потом, эка невидаль, объем воровства. Куда страшнее дождевой червяк на тарелке во время кремлевского приема.
Порадовал!
Спасибо, Олег, за хорошую весть!
Вдвойне приятно потому, что родной дядька моего отца, Виноградов Василий Иванович,
был в предвоенные годы начальником Рязанского пехотнoго училища, которое впоследствии стало гордостью Советской Армии.
Молодцы десантники, додавили! Жаль только, что эта вынужденная мера не изменит ситуации в ВС РФ в целом. Слишком многое уже развалено. Ломать - не делать.
Но и сокращение могло бы быть с пользой развито, при грамотном руководстве.
Ничего, и на пепелище строились.
ПРИШЛО ВРЕМЯ СЕРЖАНТОВ
A Time for Sergeants
НЕВЫПОЛНИМЫЕ СОВЕТЫ БЫВАЛЫХ - СЕРЖАНТЫ НЕ ПОНИМАЮТ ГЛАВНОГО, ЧТО ОНИ - ПЕШКИ В ЧУЖОЙ ИГРЕ!
COIN Success at the Company and Platoon Level in Afghanistan
July 2010
This document was authored by Sean McKenna and Russ Hampsey. Both Sean and Russ are retired officers of the Special Operations Community and are members of the RC East Counterinsurgency Advisory and Assistance Team (CAAT).
“How do you eat an elephant?”
The answer: “One bite at a time.”
Afghan Proverb
Introduction
The Afghan environment is like no other. Being able to address problems in multi-dimensional terms has never been more important. Do your homework. The Afghan National Security Force (ANSF) elements vary from location to location, unit to unit, and person to person. Levels of discipline, training, leadership, capacity and capability range the full spectrum. The following information is to provide you and your unit with recommendations that may or may not work in your area of responsibility (AOR). So, use what is appropriate at your location and develop the ANSF to support the success of the mission.
Lines of Operation and
The counterinsurgency (COIN) mission in Afghanistan is challenging. Micro-insurgencies and social dynamics vary in each District, Valley, Village, and Qalat. Years of separation from a centralized government and lack of a unifying culture have made Afghans independent, self-reliant, and resistant to change. Rugged terrain hinders any type of infrastructure development that could unify the country. What we might consider to be corruption is seen as normal business for the Afghan; whether he is a soldier, policeman, tribal elder, or a shepherd. But do not look at this situation arrogantly and remember that we also have corruption in our countries. The difference is that in Afghanistan, survival is the main motivating factor in daily life.
The COIN Strategy for Afghanistan is made up of lines of operation (LOO) or lines of effort (LOE). These are; securing the populace, enabling the ANSF, support to governance, support to development, and information operations. These LOOs are the method the International Security Assistance Forces (ISAF) use to accomplish its overall COIN mission. Your team has the organic capability to execute some of these LOOs, but not all. Perfect those you can accomplish and ask for assistance with the rest.
Enabling the ANSF in the execution of the COIN strategy is platoon business. All of the enablers that are deployed to Afghanistan serve to support you and the areas you secure. Without security none of the remaining LOOs will succeed. Enabling the ANSF ensures you won’t have to continue to deploy to maintain the security you establish. Enabling the ANSF allows ISAF and the Government of the Islamic Republic of Afghanistan (GIRoA) the time and space to implement the governance and development strategies. The group of professionals to accomplish this mission is the non-commissioned officer (NCO) corps. ANSF elements include the Afghan National Army (ANA), Afghan National Police (ANP), Afghan Border Police (ABP), and the Afghan Public Protection Force (APPF). Enabling the ANSF in the COIN execution is “a time for sergeants” to do what they do, train and build teams that can fight and survive in any environment. The officers develop the mission and intent and the NCOs are the implementers and executors of the strategy. They must be informed on the importance of their individual actions. How the individual soldier reacts and what they do today and everyday hereafter matters - and they need to know their impact.
P
Information.
Protecting the populace will open up a wealth of information to your team. The information you gather from interacting with the people will help you focus your efforts. They will tell you what’s going on in their area. They know who belongs and who doesn’t. If your unit has more than one village in your area of responsibility, then task organize and assign a squad or team to be the main collector of information for that town. Make them get smart on it; document the key people, where they live, their family size and story. Know who you are dealing with in the area.
Use biometric collection equipment when visiting businesses and patrolling near bazaars to catalogue and paint the picture of the people with whom you interact.
Interaction.
Afghans, for all of their independence, are also a friendly people. Find common ground, ask the questions you need to ask, but be interested in them too. Don’t promise anything you can’t deliver. You can look into things, but broken promises are hard to overcome and have been a common thread to the Afghan populace. If something is promised and not delivered it becomes the focal point for all future interactions. You don’t have time to waste on that. Bottom line: under promise and over deliver.
Lastly, talk just to talk, in order to build a relationship. You must have patience and be able to listen.
Trust.
Gaining their trust is accomplished through consistency, showing genuine interest in their situation. If you aren’t “that guy” find someone on your team who is and let him do it. Some ANSF elements and individuals are from the area they are operating in and should be utilized to build trust and relations with the local populace.
Enabling the ANSF
This equates to three simple things that are typical in a COIN environment. Initially, you must train the ANSF to a level that they will survive during direct force engagements with the enemy and that they realize that they are the protectors of the Afghan nation and its people. Secondly, you must assist the ANSF with the professionalization of their force in order to bring pride, confidence and loyalty to the uniform and Afghan nation they represent. Finally, you must get out of your comfort zone and advise the ANSF. This will let them take the lead. At the end of day, the ANSF will take over and be out in front. Their success or failure rests on your shoulders. So train, assist, and advise them with that understanding. But more to the point: do not just train the ANSF; train WITH the ANSF. Doing so will be the key to their success.
There are several things to consider while developing a course of action (COA) for enabling the ANSF.
First off, you need to understand that they do not have the same level of nutrition. Their diet is definitely different than our western diet. Whereas we eat a lot of protein and generally have a high caloric intake, they do not. Next, they do not drink enough water day-to-day or during the conduct of operations. In view of this, their attention span is diminished. So, just realize that.
Additionally, you must recognize that the ANSF do not get all of the information overload that your soldiers are exposed to or get. What is meant by that is: your soldiers get constant visual and auditory information through television, video games, radio, newspapers, magazines, movies, billboards, signs, music, other technologies, and social events. Due to this abundance of information and interaction, Coalition Force (CF) soldiers tend to understand, pick up things, adapt, and learn faster now than ever before. It is imperative that you understand the cultural differences.
There are many challenges for a war fighting platoon in the COIN environment. Add to that the “population-centric” focus and it gets exponentially more difficult. Changing a mindset that has kept you alive up to this point is not going to be easy. However, with your ability to adapt, it should be much easier now, more so than any other time throughout history.
As stated, in the COIN environment, the responsibility of enabling the ANSF lies on the shoulders of the platoon. You must be able to shift focus and become the advisor. Why you? Because there is no one else coming out to your location to do it. Along the Security or Enabling the ANSF LOO you are the enabler and principle executor. There is no embedded training team (ETT) on the way and the expectation from COMISAF down the chain of command to your battalion commander is that you now fill that role. It is your responsibility to train with, assist, advise, and professionalize your ANSF counterpart. Here is the beauty of this opportunity: it enables you to professionalize your own soldiers, which you will begin to see with the implementation of these recommendations. Again we revisit the CF standard and the Afghan standard. They are not the same and you will probably not get the ANSF to the CF standard at every location - but you can try. There are some additional dynamics that you must understand as you begin the difficult journey of getting outside of your comfort zone and become an advisor.
ANSF dynamics that you must understand:
There is no formalized NCO Corps (as we would understand it) in the Afghan Army. However, there are NCO development programs being created and run at several locations.
Afghans from the same family, village, or tribe often serve in the same units. What this may cause is the tribal or familial hierarchy interfering with the rank structure as well as the good order and discipline within the unit. There can be positive effects to these ties, however.
Some ANSF units are comprised of or have personnel from the local area. Use them to build relations.
Some ANSF units have both Dari only and Pashtun only speakers. So, when you teach a class you are going to need to have an interpreter that can speak and understand both languages.
The ANSF sense of leadership structure is not our model. At your level, analyze the situation and try to get the right structure in place first. This will decrease your level of frustration.
A factor to consider is that in some cases, Afghans have purchased their leadership positions, whether qualified or not (as was common in Europe centuries ago). In some cases, it is simply a money making issues through corruption which you will have to manage.
Below are some recommendations you can use to focus your efforts while enabling the ANSF:
Training.
“Training is NCO business.” So, get after it and make it personal. Translate how you yourself, your men, the fire team, the squad and the platoon are expected to perform to your ANSF counterpart.
Ensure you train with the ANSF element in order to build the necessary relationshipsand camaraderie. Mistakes made by ISAF in the past have often been related to whether or not Coalition forces trained with their ANSF counterparts
Set the ANSF force structure as close as you can to your own; for example: organize them into a platoon with matching squads, teams, and specialty skills (medics and mortarmen). This is the leadership’s responsibility up through the battalion level to influence and persuade the ANSF counterpart of the importance of the war fighting force structure. This directly applies to the ANA.
Task organize your platoon to take responsibility of a like-sized element. This pairing of like-sized elements maintains the appropriate levels pertaining to their sphere of influence and span of control. It also breaks down the problem set into manageable pieces.
Communicate with your partners. The platoon leader and platoon sergeant must dialogue with the partnered ANSF element to establish a similar task organization and assist in the development of an executable training schedule.
Things to take into consideration in order to build an effective training plan:
Prayer times. Training with the ANSF will allow you to better plan for this during the conduct of operations. You will also build a relationship of trust and understanding. Research through an interpreter or ANSF Mullah if praying five times a day applies during military or combat operations. Missing a prayer time may be acceptable on some occasions. Also, understand that there are time windows they can pray within.
ANSF working times. Afghans are tied to the sun not the clock. They may start their day at sunrise; and in the late spring and summer that could equate to 0430-ish local. Plan accordingly.
ANSF training. Identify what ANSF training they are already required to attend or execute; which includes religious training. Don’t let it come as a surprise.
Provide a list of training tasks and events. Do not assume they know what they need to be training on and don’t force training on them. Get their buy-in.
Training schedules allow you to be predictable. Stop making the same mistakes and blaming the ANSF. If you haven’t included them in the process then it is your fault.
Do what you do with your own unit, with the ANSF, because it works. If your unit links up prior to actual training events then link up with them prior to actual training events. They may not have a solid concept of time.
Utilize the normal training techniques that you use to train your own unit. It worked for you and it will definitely work for your ANSF counterpart.
Recommended Steps for building the plan:
Validate what the previous Coalition unit achieved by assessing the unit you are partnering with. You need to know at what level they are operating. It doesn’t need to be a formal evaluation, but you should look at their overall level of performance. Run them through some basic battle drills, because the enemy is not going to wait until you are ready. Know and understand your counterpart’s capabilities and limitations before you leave the wire. You do the same thing with your unit. Platoons, squads, and fire teams are evaluated so the leadership knows and understands the capabilities and limitations of his assets.
If you need to, show them what right looks like.
Once the assessment is complete, identify the performance shortfalls that need to be addressed and prioritize them.
Develop a methodical training program of instruction (POI) and, as mentioned before, get your ANSF counterpart involved. Get the necessary buy-in. Make it their plan and be patient, but do your best not to get side tracked.
Training starts at the fire team level in order to manage training and expectations up front. This allows you to demonstrate discipline and camaraderie at the lowest level. It also allows the identification of strong and weak performers. In addition, you can build upon training from the individual to collective unit - and training can be customized based on earlier results.
A training methodology to use is the CRAWL – WALK – RUN. Again, the Afghan level of “Good Enough” is not the CF level. Get them to their level and realize that you may be executing CRAWL – CRAWL – CRAWL for an extended period of time. If they get to the level that you have established as a goal, then continue to raise the standard. Avoid complacency.
Do not over complicate training and do not get into the minute details, because you will lose their attention rapidly. It is the same considerations we take into account when we train. Know your audience and present the material at that level.
Afghans like to be challenged. They will perform at a higher level if they are competing against fellow soldiers and units. Breaking the formation into manageable subunits will enable you to create a healthy level of competitiveness between these units. This will increase their level of interest and willingness to train.
Afghans like to be recognized in front of their peers – you can probably relate. Present “Certificates of Recognition” or “Commendations” such as ANA soldier, ANP patrolman, or team of the week in front of an organized formation. This will bolster performance.
Identify ANSF for a train the trainer course (T3C) or instructor training course. This will further accelerate their professionalization.
Select Assistant Instructors. Utilize their personnel as soon as possible to act as assistant instructors (AIs) and build confidence.
Give them the responsibility to conduct training when they are ready. Step back and start to advise. You should still maintain a level of interaction, but they should begin to drive the training and operations within the AO. Their ability to successfully conduct unilateral operations equates to mission success. You have just enabled the ANSF.
Developing.
The “so what” regarding enabling the ANSF is that it allows you to develop your soldiers, privates, specialists, and junior NCOs by having them teach classes as primary instructors (PI) on basic infantry tasks while utilizing the team leaders and squad leaders as assistance instructors (AI). This will enable you to professionalize your soldiers and build your own platoon capabilities. Soldiers understand and learn things more rapidly by teaching, coaching, and mentoring. It will bolster their individual confidence and stature having personally taken part in building another nation’s Army. In addition, they will foster relationships, camaraderie, and know the capability of the ANSF elements they will undoubtedly fight alongside in the trenches, orchards, and open fields outside of their COPs.
Partnering.
Combined Action, partnering, and embedded partnering all mean the same thing at the platoon level. You have to live on the same COP, train together, and conduct operations together. As outlined throughout this paper, it involves a little more than that. Which you have already seen, may see, or may not see at all, because this is not a training event or exercise. You are dealing with real people, and real places with real dynamics that change day in and day out from location to location. You are the subject matter expert (SME) in your area and about your area and you “paint the picture” for the higher echelons of command.
Governance and Development
As intimated, your unit may not be well positioned to take the lead in Governance and Development. The key to your success is identifying the help you need and knowing where to find it.
Civil Affairs.
This asset can assist you in conducting village assessments, identifying the actual needs of the populace (versus projects that favor one group over another), and identify and link you up with other development assets that may be working in your AO.
Civilian Team.
The US Government has deployed thousands of civilian experts to Afghanistan; engineers, police experts, agricultural experts, city planners and more. The point is you can ask for their assistance if you plan ahead.
Information Operations
Information Operations can magnify your successes or your failures. You must master this LOO – and know that you are competing with the enemy for dominance of the Information space.
Influence.
Every interaction you have with an Afghan influences them in one way or another. So when you interact be aware that you are leaving an impression. Make the interaction count.
PSYOP.
They show up, walk with you and leave cool products behind. That is not all they can do. Get them to tell you how to engage those you need to influence. They study the populace and the enemy. Get some ideas you can use when you interact with the populace. If your platoon owns a COP ask them to develop a PSYOP program for your AOR and then execute it. And note: sometimes, just listening to the villagers will provide you with techniques to use.
Just business, nothing personal.
Final Thoughts
The success of the mission here in Afghanistan is based on the actions of the company and platoons operating at the COPs. The development of the ANSF and the results of your hard work will not be seen overnight. ANSF progression will be measured along milestones and be observed over time. Your challenges and levels of frustration are understood at all echelons of command. They are trying to identify the problem sets and provide solutions as quickly as possible, but some bureaucratic issues still weigh in and have a vote. The key to your continued success is your ability to adapt, manage expectations, be a problem solver, and continue to move forward - however long it takes. Nations are not built overnight and you are currently involved in the building of the Afghan Nation. In the COIN environment your greatest weapon isn’t the ordnance you can drop or the tools of warfare, but rather your mind and the relationships you establish.
Best of Luck!
Последний приют
Patriotism is the last refuge of a scoundrel. - Сэмюэл Джонсон
«Последнее прибежище негодяя — патриотизм» - Л.Н.ТОЛСТОЙ
http://www.zn.ua/1000/1550/70340/
Не все знают, кто именно это сказал. Крылатую фразу периодически приписывают то Оскару Уайльду, то Ярославу Галану, но чаще всего — Льву Толстому.
Великий богоискатель в свое время популяризировал полюбившееся ему выражение среди современников и соплеменников. Заодно придал заимствованной мудрости ярко выраженный негативный оттенок. Слегка изменив порядок слов (в толстовском варианте — «Последнее прибежище негодяя — патриотизм»), граф осознанно перенес смысловой акцент со слова «патриотизм» на слово «негодяй». Что и неудивительно: выдающийся непротивленец не жаловал патриотов, открыто отождествляя патриотизм с рабством.
Подлинному творцу афоризма Сэмюэлу Джонсону через две недели исполнился бы 401 год. К счастью, люди так долго не живут. Их мысли, к счастью, порою живут и дольше.
«Британский Вольтер» был остер на язык. Многие его мысли казались обреченными на бессмертие. Но потомки на удивление разборчивы. Наиболее памятным изречением доктора Джонсона по иронии судьбы стал экспромт, выданный им 325 лет назад. Patriotism is the last refuge of a scoundrel. Быть бы фразе забытой. Но друг и летописец классика Джеймс Босуэлл, помянул замечание в своей «Жизни Сэмюэла Джонсона». Добросовестный биограф снабдил воспоминание пояснением: «Он (Джонсон) имел в виду тот патриотизм, который многие во все времена и во всех странах делали прикрытием личных интересов».
Впрочем, позже поклонники выдающегося критика и поэта предложили иное, более глубокое прочтение сказанного: даже мерзавец способен обрести прощение и спасение в искренней любви к отчизне.
Подобная трактовка выглядит вполне допустимой, если учесть, что покойный Джонсон (в отличие от покойного Толстого) был не хулителем патриотизма, а его певцом. Наиболее известный публицистический труд просветителя именуется гордо — «Патриот». Само это слово он неизменно писал с прописной буквы.
Сегодня у нас патриотом быть стыдно. Общество воспринимает его, патриота, как законченного неудачника. Он, патриот, трагичен, смешон и беззащитен одновременно. Как «Таврия» возле Верховной Рады. Как вегетарианец на корпоративе у каннибалов.
Сегодня патриотом быть трудно. Это раньше ношение вышиванки было подвигом. Затем вызовом. Наконец, модой. Ныне (время от времени) даже самые передовые слои населения облачаются в «униформу патриотов». И рядом с ними растерявшие ориентиры «свідомі» чувствуют себя тихими нудистами среди агрессивных эксгибиционистов. Ряжеными среди нарядных.
Типажи, описанные британским мудрецом Джонсоном более трех столетий назад, оживают здесь и сейчас. «Осторожный патриот». «Безразличный патриот». «Патриот-пустомеля» («Он пьет за свою страну и кричит о ней, но никогда ради нее палец о палец не ударит»). «Своекорыстный патриот»: «Моя лавка?— моя отчизна. Об успехах второй я сужу по состоянию дел в первой…» Никого и ничего не напоминает?
Обреченно пытаюсь понять смысл навязчивого противопоставления Ющенко Януковичу. Слов нет, персонажи эти во многом не похожи. Судить об этом можно хотя бы по официозным сюжетам, повествующим о трудовых буднях насельника Банковой. Сами сравните. Президентский кабинет Виктора Андреевича был обставлен на редкость безвкусно. Президентский кабинет Виктора Федоровича отличает безвкусица заурядная.
Виктор Андреевич не уставал изрекать «мой народ», Виктор Федорович упорно повторяет: «Я не позволю Украине сойти с пути демократических реформ». Интонации сходные. Много самонадеянности, немного Украины. И лекарства онкобольным детям как не завозили при Ющенко, так и не завозят при Януковиче. Вот и весь патриотизм, прости, Господи.
Напыщенный иррациональный патриотизм одного отличен от показного овеществленного патриотизма другого. Но эта разница должна интересовать психологов. К чему она далекому от подобных тонкостей человеку?
Иногда чисто по-человечески хочется поверить в лихорадочный, нервический патриотизм отдельных видных оппозиционеров. Но не получается. Все тот же старина Джонсон предостерегает сквозь века: «Если его основной выбор — обращаться к нищим, которых легко подстрекать; к слабым, которые обычно по своей природе подозрительны; к необразованным, которых легко направлять; к людям аморальным, которых питают беды и отчаянье, не стоит такому хвастаться своей любовью к народу».
Нынешние властители беззаветно любят себя в Украине, а не Украину в себе. Что со всей очевидностью продемонстрировали недавние торжества, посвященные 19-й годовщине обретения государственной самостоятельности. На разнокалиберных билбордах, голубых экранах и газетных полосах было чудовищно много Януковича и оскорбительно мало Украины. У нездешнего наблюдателя могло сложиться ошибочное впечатление, что именно приход Виктора Федоровича к власти — главное завоевание страны за четыре неполных пятилетки независимости. Даже пафосное «Любiть Україну!» можно воспринять не как призыв к согражданам, а как отчет о проделанной работе. Тем более, что обитатель межигорской гасиенды ежедневно демонстрирует неутомимую готовность полюбить родину в непартикулярной форме.
Перестроившиеся на марше телеканалы с легкостью вымарали из праздничной программной сетки патриотическую продукцию, ставшую привычной в последние годы. Один флагман отечественного ТВ к державной годовщине показал имперского «Тараса Бульбу» Бортко. Другой позволил себе пошалить: на День Независимости порадовал зрителей показом блокбастера «День независимости», повествующего о героической борьбе американского народа с инопланетными захватчиками. На подобном празднике недобитый отечественный патриот обречен чувствовать себя пришельцем…
Цитирую короткое информационное сообщение, переданное множеством СМИ в самый канун главного государственного праздника. «В Мелитополе в связи со смертью мэра Дмитрия Сычева, скончавшегося в больнице от травм, полученных в ДТП 4 августа, отменены городские мероприятия, приуроченные к празднованию Дня Независимости Украины». Ничуть не пытаясь оскорбить память умершего, задамся простым вопросом: сопоставимы ли эти события — день рождения страны и день смерти ее гражданина, пускай и достойного? А теперь более сложный вопрос — отчего происшедшее никого, по большому счету, не поразило, не тронуло, не задело?
Проведу непозволительную параллель. Вообразим, что страна (не приведи Господь!) прикажет долго жить. Представим себе, что день этот случайно припадает на именины державного бонзы. Как полагаете, отменил бы он милое семейное торжество ради мелкой общенациональной неприятности? Отложил бы вакхические пляски под Кобзона с Киркоровым?
Патриотизм нынешний власти — это патриотизм скверно умеющих читать, но отлично обученных считать лавочников. Их представления о реальной патриотической идее, пожалуй, могли бы найти свое отражение в малометражном и высокобюджетном телеролике, где группа «мурчащих» вдохновенно исполнит гимн на фене.
Но многим ли лучше патриотизм тех, кто сужает рамки мироздания до границ заповедника призраков? Где посреди алеющих калин бродят молодящиеся фантомы в шароварах, с бандурами на груди и «Кобзарями» под мышкой.
Внешне незначительные дела соотечественников превращают патриотизм в лишенное значимости слово. Многомиллионное сообщество болельщиков живо обсуждает подробности громкого околофутбольного скандала. Сдавали «Карпаты» матч «Металлисту» или нет. Кто оказался круче в заочном словесном состязании — глава ФФУ, президенты клубов или экс-наставник сборной. Куда меньший интерес вызывает демарш игроков харьковской команды, отказавшихся (если верить сообщениям в медиа) защищать цвета национальной сборной. Поддержка своего тренера вызывает понимание, но как понять нежелание поддержать свою страну? Ведь сборная — не собственность Суркиса, Ярославского, Маркевича или кого-нибудь еще. Это наше, общее.
Но мы разные. Для одних патриотизм превратился в заношенный домашний халат, в котором конфузно показаться на людях. Для других — во взятый напрокат смокинг, надеваемый от случая к случаю. Тех, для кого он — священная риза, гвардейский мундир, дорогой сердцу наряд или уютная повседневная одежда, становится день ото дня меньше.
Может, он никому и не нужен, патриотизм? Но ведь черпают же в нем силы, вдохновение многие народы и страны, как робкие, так и самоуверенные.
Те же россияне, к примеру. Патриотизм наших стратегических соседей голосист, часто картинен, порою несколько быковат. Но он постепенно превращается в неотъемлемую, важную часть их непростого бытия. Один мой московский коллега, человек вдумчивый и совестливый, с недавних пор стал сдержанным сторонником великорусской идеи. Свою эволюцию он пояснил несколько мудрено, но, похоже, вполне искренно. Вера в особую миссию своего народа заглушает неверие в собственные силы. Когда бежишь вместе со всеми, сложно задуматься о собственном одиночестве. Даже неглупые люди с готовностью ныряют в отполированное зазеркалье мутной действительности.
С большим или меньшим успехом они находят цель в движении, покой в суете, мужество в страхе, утешение в горе, утоление в жажде. Они обретают примирение с собой в войне с другими. Таков удел наций, наделивших себя чином великих.
Не призываю брать с них пример. То, что мы иные, первым отметил отнюдь не Кучма. Негласный девиз «Ни бунта, ни покорности» в процессе сложного общения со старшим братом много раз и много лет приносил нам дивиденды. Обучал перестраивать чужое, не возводя собственного. Но незаметно и обильно привносил в наше самосознание тухловатый привкус вторичности.
Когда наш чиновник обосновывает необходимость переноса Конституционного суда из Киева в Харьков он, в качестве достойного для наследования примера, рефлекторно приводит Питер — место постоянной дислокации КС РФ. Не Карлсруэ, не Брно и не Батуми, где базируются конституционные суды Германии, Чехии и Грузии, соответственно. Необходимость оглядки на соседа впечатана в подсознание. Готовность следовать, помноженная на привычку обособиться. Стремление быть автономными в подражании. Так и рождается карикатурность. Подобный «патриотизм» и вправду является худшим из рабств. Поскольку раб его не осознает.
Поэтому наша власть «патриотично» укрепляет национальный оборонный щит по специально подготовленному, уникальному плану. Который предусматривает покупку ракетных комплексов в России, но отнюдь не усовершенствование собственных.
В нынешнем году кинокомпанией Русской православной церкви, по благословению патриарха Московского, под патронатом президента и премьера РФ, при поддержке тамошнего минкульта и на средства «Газпрома» снят фильм «Поп». Эта лента, опекаемая таким количеством значительных физ- и юрлиц, — фактическая попытка оправдать деятельность так называемой Псковской миссии, которая при поддержке нацистов восстанавливала церковную жизнь на оккупированных территориях от Пскова до Ленинграда. Не вправе давать оценку историческим событиям, не имею желания судить о художественной ценности фильма. Ограничусь очевидным. Инициатор создания миссии митрополит Сергий, не стеснявшийся фотографироваться с эсесовцами, для создателей фильма, для его заказчиков и, насколько можно судить, для большинства российских зрителей — если не праведник, то как минимум жертва обстоятельств. Наш митрополит Шептицкий, публично протестовавший против Холокоста, прятавший евреев в подвалах собора Святого Юра — «нацистский прихвостень» с точки зрения российской истории. И «неоднозначная фигура», с точки зрения истории нашей. «Поп» с успехом прошествовал по нашим экранам, получил Гран-при украинского фестиваля «Покров», лента продается в каждой DVD-лавке И у них и у нас. Работа над фильмом «Владыка» о Шептицком длилась четыре года. Не хватало то денег, то внимания. Премьера прошла незаметно. На дисках фильм — редкость. Братская Россия его игнорировала.
Украина — не Россия? Как бы опровергая этот тезис, в канун годовщины второй мировой из украинских учебников по истории принялись изымать фото Шухевича.
Наш сегодняшний патриотизм половинчат. Как ставшая знаменитой столичная улица — то ли Лаврская, то ли Мазепы. То ли ведущая к храму, то ли от храма уходящая.
Мы не знаем, чего хотим, во многом оттого, что не хотим разобраться с тем, что нам дорого. Оценить, что для нас свято. И защитить то, что для нас ценно. Блаженный кухонный патриотизм, ленно исповедуемый столь долго и столь многими, тошнотворен и бесполезен как теплая безалкогольная водка. Для любого родина естественным образо начинается с семьи, но нельзя, чтобы родина заканчивалась в квартире.
Как говаривал мудрец Джонсон: «Никто не может считаться любящим свою страну за умение жарить быка, делать обувь, за посещение митингов или членство в клубе… Он должен иметь какие-то более важные отличительные особенности, прежде чем считаться патриотом».
По мне, патриотизм — это не обязательно способность умереть за Родину. Это неспособность жить вне ее. Оглянитесь вокруг и признайтесь, многие ли этому не вполне героическому требованию соответствуют.
Патриотизм — это умение отличать Родину от государства, а государство от лавки. Умение отличать пользу от выгоды, сдержанность от страха, самопожертвования от дачи взаймы, преданность от лизоблюдства. Умение обращать отчаяние в упорство, отливать из слепой злобы осознанное сопротивление.
Патриотизм — это умение сохранить любовь к стране, вопреки обильному присутствию в ее прошлом и настоящем подлецов. Патриотизм, как точно подметил Адам Михник, определяется мерой стыда, который человек испытывает за преступления, совершенные от имени его народа. Но патриотизм — это и способность призывать к ответу за подлость.
Патриотизм — это поступок. Еще разок, уже точно последний, сошлюсь на именинника Джонсона: «портной откладывает свой наперсток, торговец сукном опускает свой ярд, а кузнец кладет свой молоток; они встречаются в пивной, рассматривают состояние нации, читают или слушают последнюю петицию, оплакивают бедствия времени, тревожатся об ужасном кризисе и подписываются в поддержку билля о правах».
В наш виртуальный век поступок кажется вещью почти нереальной. Политика кажется доступной для всякого, имеющего доступ в Интернет. Заплыл в сеть под ником «Ющенко», обматерил на весь виртуальный свет Тимошенко с Януковичем. Выплыл, вышел на балкон покурить все так же недовольный окружающей действительностью, но уже заметно довольный собой. Но всякий «бесстрашный» анонимный юзер ежедневно по капле выдавливает из себя человека, способного подать голос.
А патриотизм — это не только скорбный плач по умершим, это гневное слово, обращенное живыми к живым в защиту живых. В защиту разрушенного, обворованного, оболганного.
Патриотизм — это способность находить и объединять близких по духу.
Мы разучились делать это. Симон Петлюра, одна из самых трагических фигур в отечественной истории прошлого века, сказал просто и пронзительно: «Мы по очереди любим Отчизну, но еще никогда не любили ее вместе, не горели одним, могучим, общим чувством любви к ней. Каждый из нас часто для себя лишь хочет приобрести патент на патриотизм, но пока что никто из нас не имеет его отдельно, а имеем ли мы его все вместе?
Каждый имеет право на это, но теряет это право в тот момент, когда отказывает другому в праве еще сильнее любить народ и Украину».
Монтескье был прав, утверждая, что «лучшее средство привить детям любовь к отечеству состоит в том, чтобы эта любовь была у отцов». Научитесь любить Родину сегодня, если хотите, чтобы у ваших детей завтра была Родина.
В конце концов, истинный патриотизм — единственное надежное убежище от подлецов.
Автор: Сергей РАХМАНИН
Украина и Россия
АЛЕКСАНДР,
спасибо за перепечатку (скорее всего из украинского "Зеркала недели" - беспощадного рупора, созданного и питаемого из-за океана).
а сам что ты по этому поводу думаешь? или как человек известной национальности, которого при ссср спросили его мнение по какому-то животрепещущему вопросу. он пытался отвертеться, цитируя "Правду", .... и др., но когда его прямо спросили, а есть ли у него СВОЁ мнение, он ответил: "Да, есть, но я с ним не согласен"! ;-)
Что на "Зеркало ..." пенять...
Как русский - русскому отвечаю, да, я люблю свою Родину!
В данном случае важны не мои мысли, и что я ЛИЧНО думаю по этому поводу. Важнее, на мой взгляд, чтобы эта тема была на форуме, чтобы другие тоже начали ДУМАТЬ.
Со многими выделенными мною лично жирным шрифтом фразами, я лично полностью согласен. А то, что эту статью напечатали украинцы, так и слава Богу, что они на "заокеанские", как ты, Дмитрий, говоришь, деньги печатают такие статьи.
Честь им и хвала! Лучше, со всем своим стремлением к однозначности и одноплановости, подскажи-ка мне, Дмитрий, пожалуйста, какие российские СМИ не пользуются так или иначе "забугорными" деньгами? И что, разве от этого некоторые их материалы стали менее информативны? Просто с информацией надо уметь правильно работать.
Время ноне, Дмитрий, на дворе такое, что акценты смещаются в информационную сферу... А моё личное отношение, при некотором желании, поймешь в комментариях. Оглянись на прошлые материалы, например.
С уважением, Александр.
Минобороны РФ приостановило подготовку офицеров
Странное решение.